Права общества и права гей-активистов. Что важнее? /21.03.2013/

image В общественной практике есть ряд совершенно неудобных тем, по которые, тем не менее, общество оказывается вынужденным постоянно высказываться. К сожалению, в последнее время формат и стилистика высказываний становятся в достаточной степени односторонними. Моё выступление - скорее попытка восстановить нарушенный баланс.

О чём конкретно идёт речь? Извините за выбор предмета беседы, но о сексуальных меньшинствах. На фоне возмущения некоторой части общества вводимым на федеральном уровне запретом пропаганды гомосексуализма я вынужден объясниться.

Я не депутат, но я скажу. Потому что этот закон, как я считаю, принимается в том числе и в моих интересах.
Итак. Идёт ли у нас речь о запрете самих нетрадиционных сексуальных отношений?
Очевидно, что нет. Негуманную статью Уголовного Кодекса отменили ещё в советское время и возвращать её назад никто не собирается.

Идёт ли речь о том, что представителей сексуальных меньшинств как-то специально унижают и оскорбляют? Полагаю, что ответ на этот вопрос очень сильно зависит от того, является ли гомосексуальная ориентация результатом свободного выбора человека или она носит врождённый характер.

Именно в этом месте жульническая риторика гей-активистов совершает подмену понятий. Именно в этом месте передёргиваются карты.

С одной стороны нам заявляют о том, что гомосексуализм присущ определённому (тут в меру фантазии гей-активиста называется завышенная цифра) проценту населения просто в силу рождения и нечего, мол, людей тиранить, потому что они не виноваты, что они такие как они есть.

С другой - одновременно, эти люди почему-то выступают с социальными требованиями признания их “вариантом нормы” и добиваются права активно перетягивать окружающих за смену стереотипа поведения на гомосексуальный.

Тут, однако же, необходимо отделить мух от котлет. Если гомосексуальная ориентация - это всего лишь врождённое свойство человека, то у гомосексуалистов нет никаких оснований требовать права на агитацию окружающих за свою ориентацию. Это было бы не более логично, чем людям с врождённой хромотой, кареглазостью, или глухотой требовать права на пропаганду хромоты, кареглазости или глухоты. Нелепая картина, не правда ли?

Если же гомосексуальная ориентация - это не только врождённое, но и социальное, то встаёт вопрос о том, а по какой же причине гомосексуалисты претендуют на монополию в оценке этого социального явления, почему отказывают окружающему их большинству в праве судить о гомосексуализме и гомосексуалистах в меру его, большинства, разумения?

Это ведь право общества в целом - давать оценку тому или иному общественному явлению, не правда ли? У общества нет морального права осудить, допустим, лысых как вариант нормы, являющейся врождённой особенностью. Но если бы завтра лысые начали проводить специальные парады лысизны, требовать себе квот и представительств на посторонних для них мероприятиях, настаивать на внесении в школьные программы специальных курсов толерантности к лысым - общество таких активистов имело бы право послать далеко и твёрдо, как утомительных приставал. А при организации лысыми мощного медийного давления в свою поддержку - не исключено, что утомительный для обладающих шевелюрой членов общества фонтан был бы большинством и заткнут, дабы отдохнул.

Общество устанавливает для своих членов правила поведения в нём.
Иногда оно добивается этого права силовыми методами, в том числе и теми, которые содержат ту или иную степень репрессивности.

В том числе, важным и широко практикуемым видом ограничений являются ограничения на рекламу во всех её проявлениях. Откройте статью 6 Федерального Закона о рекламе и Вы увидите, что в ней перечислены ограничения, направленные на защиту несовершеннолетних от различных аспектов рекламного процесса, от нечестных рекламных техник.

В целях защиты несовершеннолетних от злоупотреблений их доверием и недостатком опыта в рекламе не допускаются:
1) дискредитация родителей и воспитателей, подрыв доверия к ним у несовершеннолетних;
2) побуждение несовершеннолетних к тому, чтобы они убедили родителей или других лиц приобрести рекламируемый товар;
3) создание у несовершеннолетних искаженного представления о доступности товара для семьи с любым уровнем достатка;
4) создание у несовершеннолетних впечатления о том, что обладание рекламируемым товаром ставит их в предпочтительное положение перед их сверстниками;
5) формирование комплекса неполноценности у несовершеннолетних, не обладающих рекламируемым товаром;
6) показ несовершеннолетних в опасных ситуациях, включая ситуации, побуждающие к совершению действий, представляющих угрозу их жизни и (или) здоровью, в том числе к причинению вреда своему здоровью;
7) преуменьшение уровня необходимых для использования рекламируемого товара навыков у несовершеннолетних той возрастной группы, для которой этот товар предназначен;
8) формирование у несовершеннолетних комплекса неполноценности, связанного с их внешней непривлекательностью.

Законность, справедливость и социальная приемлемость этих требований мало кем оспаривается.
Точно так же мало кем оспаривается социальная приемлемость тех ограничений рекламы, которые касаются вещей законных, но обществом либо осуждаемых, либо сознательно ограничиваемых.

Например, законом ограничена в тех или иных видах реклама алкоголя, табака - хотя сами по себе они в нашей стране разрешены. И, что характерно, никто кроме отраслевых лоббистов не считает эти ограничения чем-то плохим и неправильным.
Во многих странах (кстати не в России) полностью запрещена реклама азартных игр - и никто, например про Италию не кричит, что она нарушает права азартных людей, у которых есть врождённая азартность.

А имеет ли право общество сказать “да, гомосексуализм законен, но это такая практика, которую мы хотели бы ограничить информационно”?

Вот тут-то и проходит реальное противостояние. Вот тут то и выясняется смысл истерической кампании, которая сейчас проводится в “либеральных” СМИ против законодательного запрета пропаганды гомосексуализма.

Если мы признаём, что это - вариант нормы, то права тиранить и ограничивать часть нормальных людей по-настоящему демократическое общество не имеет.
Если мы говорим, что это отклонение от нормы… А кто тут ‘мы’, собственно?

Кто скажет за общество в целом - что для него приемлемо, а что нет?
У кого на это моральных прав больше - у депутатов, которых хоть как-то, пусть с нарушениями, но выбирали или у группы медийных активистов, которых никто никогда не выбирал и которые готовы настаивать на своей точке зрения, активно игнорируя мнение общественного большинства? Возможно, у кого-то есть претензии по честности попадания в Госдуму депутатов от Единой России, но они хотя бы какое-то отношение к законной власти имеют. Да и не только ЕР голосуют за запрет гомосексуальной пропаганды, но и оппозиционные депутаты тоже.

А вот, например, претензии ЛГБТ-активистов поорганизовывать на Олимпиаде в Сочи-2014 “Прайд-хаус”, эксплуатируя без разрешения Олимпийского комитета тему Олимпиады для “информирования общественности об ЛГБТ-движении в России и мире” не основывается вообще ни на какой выборности или там общественном согласии. Хотя, заметим, вопросами информационного освещения Олимпиады занимается именно Олимпийский комитет, а не группа посторонних гомосексуалистов.

Уверен, что если бы граждан России сегодня взяли и спросили бы - путём опроса, референдума - допустима ли такая агитация на Олимпиаде, которая, кстати, сделана за деньги этих граждан - то результат был бы вполне однозначен.

Кстати, любой интеллектуально честный человек признает, что и если по существу самого критикуемого либералами закона такой референдум попытаться провести, если просто спросить у граждан России - “согласны ли Вы, граждане, законодательно запретить пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних” - результат такого референдума будет чрезвычайно предсказуем.

У людей есть разные соображения. Некоторым оно не нравится эстетически. Некоторые считают гомосексуализм “социальной болезнью”. Некоторые не считают его приемлемым с религиозной точки зрения. Многие считают, что гомосексуальные практики угнетающе действуют на демографию и тем самым создают опасность национального масштаба.

Гей-активистам это может быть кому-то обидно, неприятно, с этим можно спорить - но крайне странно становиться относительно общества в позу ментора и указывать ему как чувствовать и к чему и как относиться, особенно в плане воспитания детей.

Общество не лезет к своим членам в постель, но по тем вопросам, по которым общественным большинством достигнут некий консенсус, оно вправе ограничивать публичную коммуникацию. Особенно - направленную на его несформировавшихся, незрелых членов, если считает, что такая публичная коммуникация для них была бы вредна.

Вот, например, мнение лидера ЭПО “Русские” Александра Белова: “...Но в первую очередь что влияет — как ведет себя телеэкран. Большинство современного населения представления о том, что такое хорошо и что такое плохо черпает не из религиозных книг, не из традиций предков, а из ящика , который смотря с самого детства и до смертного одра. Как ящик будет это преподносить, так это и будет отражаться в сознании. Если по телевизору будут показывать, скажем, Сережу Зверева, то тяжело неокрепшему сознанию без каких-то базовых, формулирующих морально-этические нормы принципов человеку удержаться [...]. Потому что становится как норма: что такого, по телевизору можно, значит положительно, все хорошо...”.

Вполне резонное соображение, согласитесь?

Заканчивая свои длинные рассуждения, резюмирую:

- В настоящее время в российском обществе есть вполне сложившаяся позиция большинства о том, что гомосексуализм - это относительно приемлемо для общества (не требуется наказывать), но плохо для конкретного человека (мало кто из родителей, например, хотел бы, чтобы его сына какой-то гомосексуалист уговорил попробовать такие половые отношения).

- Любой опрос общественного мнения, любой референдум, если их проводить по-честному, эту позицию подтвердит.

- Общество имеет полное право устанавливать нормы приемлемого публичного поведения, в том числе ограничивать рекламу того или иного образа жизни. Депутаты, принимающие сейчас такой закон, всего лишь выражают общественную волю.

- Целый ряд СМИ, которые сейчас пытаются выдать вводимые ограничения за преследования гомосексуалистов попросту лгут. Преследований тут не больше, чем в посыле назойливого приставалы. Не больше, чем, в конце концов, преследования лиц употребляющих спиртные напитки в запрете на рекламу алкоголя.

- Абсолютное большинство представителей сексуальных меньшинств живут своей тихой половой жизнью и вводимые ограничения их никак не заденут.

Хотите оспорить? Извините, не раньше, чем отправите своего собственного ребёнка на какие-нибудь “гей-курсы толерантности”. Число граждан России, посещающих подобные мероприятия ничтожно и они не должны диктовать свои жизненные взгляды большинству.

Алексей Кулаков

apn.ru



 
 

Правда ли, что предрасположенность к гомосексуализму определена генетически? Поддается ли гомосексуальная ориентация изменению? Что делать, чтобы не допустить развития у ребенка гомосексуальной ориентации? Что делать, если сталкиваешься с пропагандой гомосексуализма или случаями сексуального насилия над детьми? Почему христианство считает гомосексуализм грехом?

За жизнь, свободную от извращений!

Впервые я столкнулся с гомосексуальными отношениями, когда был ребенком. Тогда я стал свидетелем извращенных сексуальных отношений между старшими ребятами.

Я ненавидела жизнь и себя в ней

Сколько себя помню, все детство сравнивала себя с братом, хотела быть такой, как он, чувствовала, что я всего лишь «девочка», поэтому не такая полноценная.



© Официальный сайт движения "Любовь Против Гомосексуализма".
При использовании любых материалов сайта на веб-ресурсах гиперссылка (hyperlink) на www.love-contra.org обязательна; в печатных изданиях этот источник указывать как сайт Love-Contra.org; на телевидении и радио этот источник указывать как сайт движения "Любовь Против Гомосексуализма".